Абдуфаттах Маннапов

Михаил Печуро – поэт, гуманист

Перешагнули во-вторую половину, второго десятилетия ХХI века. Мир становясь все более и более меркантильным, люди в своей массе «выживают, желают обладать, а не быть самим собой» и мчаться «во чтобы не было насладится» и нет у них ни времени, ни желания задуматься о сути бытия, о том куда направляется корабль по имени Земля. Если не отошли в прошлое, то ослабли споры об абсолютных началах Добра, Справедливости, Благоговения жизнью. Век информатики и глобализации, цветных революций и устремлений народов к народовластию – демократии, законности, сменяемости власти, человечности, парадоксально сосуществует с кровавыми диктатурами. [1] В этом мире добра и жестокости, правды и лжи, света и тьмы, честности и обмана, щедрости и стяжательства, уважения и уничижения, разума и мракобесия, отваги и трусости, порядка и хаоса, благородства и эгоизма, толерантности и фанатизма встречаются поистине редкие личности, воплотившие в себе поэзию жизни и бытия, человеческую доброту и сострадание. Им не нужны официальное признание, богемные тусовки, мелькание в прессе, ТВ, соцсетях, мишура, шум вокруг их имени, пиар и показуха. Они творят добро и прекрасное просто и естественно, так как не могут иначе. Михаил Печуро – поэт, гуманист один из них.

Ему 24 – марта 2016 года исполнилось  70 лет. Он о себе:

Я сотню лет молчал об этом,

Но, проиграв с судьбою спор,

Я ощутил себя поэтом,

Как никогда до этих пор…

Я получил сей дар великий,

Неоценимый на земле,

От миллионов безъязыких,

Безвестных, сгинувших во мгле.

Что проросли травой забвения,  

На пустыре чужой строки,

Как будто выпавшие звенья

Чужой забавы и тоски. [2]

Человек сохраняет и обретает, свойственные ему качества благодаря наследственности, воспитанию, окружению, образованию и самому себе. Родители Михаила были образованными и воспитанными людьми. Его отец Соломон Печуро, по специальности инженер радио – техник, мог наизусть читать прекрасные стихи часами. Мать Хая Печуро, была человеком необыкновенной доброты и пыталась это качество привить своим детям. Его   сестра Сусанна Печуро – красавица, умница и легендарная бунтарка, ухитрилась будучи шестнадцатилетней школьницей, за участие в деятельности антисталинской группы, а по сути за юношеское правдоискательство, от опричников кровожадного режима получить 25-летний срок заключения. Позже, пройдя ад тюремной и лагерной жизни, выйдя на волю благодаря хрущевской оттепели и много лет прожив, заимев огромный опыт жизни и правозащитной деятельности, она писала: «Мне кажется, что сила и слабость человека зависят от того, много ли его в жизни любили… Человек, которого любили, привык верить в защиту, а если учить все время показывать зубы, мне кажется, мы будем растить несчастных людей. Несчастных, жестоких и слабых, что в принципе одно и то же». [3] Сусанна и Михаил, росли в семье, где царило атмосфера взаимного уважения, любви и доверия.        

Михаил Печуро родился в Москве, в Старом Арбате. Кто жил, бывал, чувствовал биение сердце Старого Арбата, тот никогда не забудет   необыкновенное, полное загадок и щемящий душу ощущение, ели уловимых звуков и образов, полумистической данности прошлого, настоящего и будущего в причудливом сочетание его строений, уличек, переулков, то с редкостными пешеходами, то с людским потоком, в виде некой симфонии. В которой все странное, неожиданное смешено с повседневностью, пронизывает душу и охватывает некое чувство быстротечности времени, эпох. Он вспоминает:

Арбат скрипит, Арбат клокочет…

И попадая в те дворы,  

Что вполовину уцелели,

Где мы жестокие метели

Переживали до поры,

Лепили новые миры,

Любили, мучились, горели…[4]

В детские, школьные годы у Михаила проявились любознательность, разнообразие интересов. Его увлекали техника, литература, история, авиация. Он отслужил в ракетных войсках, получил авиационно-техническое образование, но не расстался с поэзией, литературой, искусством, историей. Книги открывали ему ранее невиданные миры, помогали распознать истину от фальши, суть людей, явлений, предметов от масок, форм, видимости, и становились мудрыми путеводителями, верными друзьями, интересными собеседники и непримиримыми оппонентами. Об этом:

Когда я попаду как блудный сын Арбата,

К тем дедовским шкафам и крадучись, как тать,

Пойму в единый миг: отселе нет возврата,

И остаётся мне – читать, читать, читать…

Мне ведома приязнь кириллиц, ижиц, ятей,

Языческих словес, нетленных их мощей,

Чей разорился в прах и прахом стал издатель,-

В строках забытых книг я вижу ход вещей… [5]

Присущие ему жажда знаний, изучение разных авторов, идейных направлений и эпох обуславливали, то что его поэзия пронизано болями, слезами, страданиями, поиском, пульсацией исторических событий не только российской, русской, еврейской, но мировой культуры. «Господство же разума над человеческими убеждениями являет собою духовное достижение особого рода, ибо оно базируется на воздействии духа на дух, то есть просветленной разумом силы на такую же другую». [6] Благодаря этому он стал человеком с широким философским взглядом на мир, понимающий и чувствующий многоцветье, многогранность духовности Запада и Востока.  

Он как гражданин и поэт ощущает себя слитным с Москвой, с городом, где он родился, где он постигал азы мироздания, искал, строил, создавал, находил и терял любимых женщин, настоящих друзей и товарищей, где родился его сын, Александр. С городом, где он обрёл себя:

Великий мой город! Зерно среди зёрен – в толпе,

Как щепка, покрытая белою пеной прибоя,

Вдоль бешенных улиц твоих, где горит светофор, будто перст,

– Не блудный ли сын я? – смятенный, встречаюсь с тобою. [7]

В создание и в работе правозащитной организации «Мемориал» активную роль играла его сестра, легендарный диссидент, лучезарный гуманист Сусанна Печуро. Михаил как мог содействовал ее деятельности, но считал, что мужчине не гоже ждать от кого-то, финансовой поддержки. Мужчина на то и мужчина, что должен себя и близких обеспечить, также помочь страдающим. В этой связи невольно вспоминается идея – компас жизни Альберта Швейцера: «Быть простым и добрым, работать самому и думать самому». [8] Мужчина не имеет право хныкать, выпрашивать и заниматься распилом полученных откуда то, денег. Здесь есть над чем поспорить с Михаилом, так как его установки содержать элемент категоричности. Но мы не вправе забывать, что опора на них помог в становление своеобразного поэта, гуманиста.

Михаила с одной стороны, этический максимализм гуманиста, а с другой – осведомленность о сложных, глубинных процессах исторической жизни народов, наций, народностей, классов, социальных стратов, государств – левиафанов приводит к политическому скептицизму. Хотя в России люди умственного труда традиционна дружили против кого-то отмечал Андрей Кончаловский и писал: «Российская     интеллигенция всегда «дружила против» общего «врага» и была   чрезвычайно партийной, то есть делилась на мелкие и крупные партии, иногда объединяющиеся между собой, иногда враждующие…». [9] Но это не относится к Михаилу:

Покуда дышу я, –

Не буду ни красным, ни белым,

Покуда живу я, –

Не буду ни левым, ни правым.

Мне пошлости этой и этого мира не надо,

И ярмарки этой, и шумных её балаганов.

Живу, сотворенный единственной в мире монадой,

Среди лилипутов и преданных им великанов. [10]

Михаил понимает, что нет альтернативы демократии, сменяемости власти, политическому и экономическому плюрализму, соблюдению свобод и прав человека, Конституции и законов. И одновременно подчеркивает роль и значение подлинной, очеловеченной духовной культуры в обретение себя человеком и процветание социума.  Антуан де Сент-Экзюпери писал: «Если наше Общество еще имело право на существование, если в нем еще сохранилось какое-то уважение к Человеку, то лишь потому, что подлинная духовная культура, которую мы предавали своим невежеством, все еще излучала свой меркнущий свет и спасала нас помимо нашей собственной воли». [11] Михаил, используя своеобразный язык поэзии – образы, метафоры, аллегории, сравнения, более категоричнее выражает «предательство своим невежеством» подлинной духовной культуры:  

Затем, чтоб веря и не веря,

В поту холодном, до зари,

В себе вы разглядели зверя,

И звери молвили: умри!

Чтоб, залезая утром в ванну,

Не волочили за собой,

Шершавый хвост левиафана,

И не гремели чешуёй. [12]        

Михаил как порядочный, совестливый человек не приемлет грабителей, врунов и кровопийцев у власти. Не оказаться идеологически манипулированным, не стать винтиком тиранических, диктаторских и авторитарных государств – левиафанов, сохранить в себе человека, самостоятельного, критически воспринимающего сложные, противоречивые, многогранные   процессы, происходящие в социуме и бережно относящегося к человеку и миру, желание поэта:

Почему я с миром связан,

Как по стенке, им размазан.

И судьбы свою страшусь,

И от слабости бешусь?

Почему-то не дано мне,

Жить в каком-нибудь Коломне,

Гордо голову держать,

Злую власть не уважать. [13]

При этом он призывает не забывать уроки минувшего, не упускать из виду возможность повторения на более высоком историческом круге – тирании и   деспотизма, то что считалось сгинуло навсегда в прошлом. Он пишет:

В этом мире неповторимом,

Всё повторится.

Новой Аттикой, новым Римом,

Набухнут сосцы кровавой волчицы.  

С единоверцами наравне,

Мы уже мечены белой метой.

Где ж уцелеть нам, тебе и мне,

В новом тотальном гетто? [14]

Автор этих строк по приглашению своего друга Сусанны Печуро регулярно посещал её салон. Салоном Сусанны называли день, когда к ней приезжали, зачастую из других стран, республик, областей друзья, правозащитники, писатели, журналисты, поэты и ученные для того чтобы пообщаться. Московских диссидентских кругах многие знали о салоне и бывали там. В непринужденной обстановке обсуждали разные темы, читали отрывки из книг, воспоминаний, стихи (Сергей Ковалев, Лариса Богораз, Ольга Ильницкая, Виктор Булгаков, Михаил Печуро и др.) и пели песни (братья Альтшулеры, Виктор Кучериненко, Ульяна и др.). На мой взгляд, салон Сусанны был концентрацией духовности, некого душевного, интеллектуального, личностного и гражданского поиска. В салоне, когда Михаил читал свои поэмы и стихи всегда был аншлаг, дамы слушали сидя, мужчины в основном стоя. Особенно были популярны «Мы (Поэма в 14 монологах)», «Капричос», «Параллельные миры», «Валдайские стихи», «Ночной Гаспар», «Арбат», «Ты умеешь смеяться», «Что из того», «Еще песня», «Ливень», «Польский ангел», «Гоголь», «Черта оседлости», «Умирает под снегом сухая трава», «Дождь», «Романсеро», «Чистые стихи», «Дриады», «Сегодня», «Почему я с миром связан» и другие. Он спрашивал себя и других:

В чём чужесть вселенной, когда ни одна,

Душа не приемлет такого?

Я б рад поделиться, – не внемлет страна,

Нету детей, и уходит жена,

Пустынной тропой крысолова…

В чём смысл стихотворчества? – Закон естества?

Болезнь разделения, что ли?

В предчувствие рубки дрожат дерева,

И тяжко ложась под косою, трава,

Трепещет и плачет от боли.  [15]

После одного из его выступлений в салоне, довольно известная московская светская львица и писательница (дело давнишняя, потому не называю ее имя) увела Михаила к себе домой. А его тогдашняя дама, меня и мою суженную затерзала вопросами, куда он делся, где он и с кем он? Вернувшись на следующий день, Михаил сказал, что та обязала его принести домашние тапочки… Жизни расклад и желание поэта не всегда совпадают:

Что из того, что не дано мне воли,

Чтоб жить с тобой, владея и любя? –

Я не ропщу. Иной не нужно доли.

Благословляю издали тебя…

Что из того, в пустынный миг творенья,

Что я в других ищу твои черты? –

Напрасно. В мире нету повторенья,

Мы это знаем оба, я и ты.

Что ж, будь моей единственной невестой,

Я не свихнусь, поверь, в склоне дней.

Несовпаденье времени и места –

Что может быть банальней и больней? [16]

Михаил реально нацелен на помощь другому – оказавшемуся в тяжелом положении, преследуемому, более слабому, просто не мощному или неудачливому человеку. Его добрые, благородные дела являлись приземленными, непосредственными, немедленными и бескорыстными. У него дома получали пристанище и поддержку чеченская и крымско-татарская семьи, которые по Московским правительственным инстанциям и судам добивались справедливости. Пожилая и больная еврейка, имеющая проблему в семье, несколько лет, до улучшения ее здоровья и разрешения ее проблемы, пользовалась его гостеприимством. Журналисту из Польши затеявшего свое расследование «черных пятен» русско-польской истории, не хватило средств до расследовать и требовалось пристанище и содействие. Все требуемое он нашел у Михаила. Его помощи и поддержки были удостоены и выходцы из Туркестана.    

Личности, обладающие «махатмой» – возвышенной душой, только могли взять с улицы, абсолютно чужого незнакомца, бездомного вшивого бомжа – Шипина Александра Дмитриевича, к себе домой, привести его в порядок и выделить ему отдельную комнату. Михаил и его жена оказались именно такими личностями. У А. Д. Шипина после смерти его жены, соседи по коммуналке, тоже русские как он, украли документы и самого не стали пускать домой. «Пусть грубеют руки, даже ум, только бы не сердце…». [17] Михаил и его супруга неимоверными усилиями добились восстановления паспорта А. Д. Шипина и пытались, мобилизовав общественность, правозащитные организации, через суд вернуть положенное ему жилплощадь. Однако оказалось, что А. Д. Шипин тяжело болен туберкулезом и опять преодолев немалые бюрократические препоны добились помещения его в Туберкулезный Диспансер, находящийся в городе Солнечногорске, Московской области.                           

С Михаилом мне приходилось несколько раз посещать А. Д. Шипина в Туберкулезном Диспансере. Каждый раз видел, как Александр Шипин со слезами в глазах встречал Михаила и запинаясь от радости, говорил, что предчувствовал визит, ему теперь лучше. Александр был одет белого цвета   рубашку и кальсоны, форму диспансера. Он, сидя у себя на кровати, подавая руку Мише, не много сгибался как будто, увидел отца – благодетеля, и долго держал его руку! Он радовался, был счастлив не только за гостинцы, которые мы привезли, а больше самому визиту. Эти посещения и встречи напоминали и по духу, без религиозного контекста, были настолько близки к картине Рембрандта «Возвращение блудного сына», что сердце разрывалось.  

Во время визитов и из дома Михаил интересовался у докторов и медицинских сестёр о состояние здоровья Александра Шипина. Если мне память не изменяет, зимой в начале 2002 года, Миша мне говорит, брат, плохи дела? Я ему, что случилось? Он, А. Д. Шипина не стало, сотрудники тубдиспансера не соизволили даже позвонить мне, где его похоронили уточнил, нужно съездить и помянуть его. Дамы на следующий день приготовили, что нам нужно для поминок и мы поехали в город Солнечногорск, Московской области, к могиле А. Д. Шипина. Найдя могилу Миша положил цветы и открыв бутылку водки помянули усопшего – Александра Шипина. И после пешком пошли к Озере Сенеж, любовались снежной красотой природы, говорили о бренности человеческой жизни и вспоминали усопшего:

Земную жизнь пройдя, земного не изведав,

Постой, постой, не плачь, смятенная душа.

На свете есть мильон необозримых светов,

Незримых голосов в пространстве мятежа…

Бывает час один, бывает миг единый, –

И воспаряет дух, и рушится стена.

Небесный ледоход обмалывает льдины –

Плывущему вослед и вечность не страшна. [18]

 

В конце 90-х и начале 2000 гг. положение автора этих строк оказался весьма опасным в Москве, несмотря на то, что он был гражданином России (до этого гражданином СССР) и законопослушным человеком. «Видимо власти Узбекистана раздражает деятельность Общества содействия соблюдению прав человека в Центральной Азии, которое выявляет и предает гласности нарушения прав человека в этой и других странах региона, критикует политику массовых репрессий, игнорирование прав и свобод граждан. Иначе как объяснить преследования Абдуфаттаха Маннапова, известного правозащитника, сопредседателя этого Общества», – писала Людмила Алексеева. [19] Мне выстоять в Москве, России, против не знающий границ государственному террору И. Каримова помогли Елена Боннэр, Людмила Алексеева, Лариса Богораз, Сергей Ковалев, Галина Старовойтова, Лев Понамарев, Юлий Рыбаков, Юрий Шмидт, Михаил Арютунов, Холли Картнер, Рэчел Денбэр, Дидерик Лохман, Александр Петров, Валерий Борщов, Александр Любославский, Александр Подрабинек, Сусанна и Михаил Печуро, Виктор и Елена Кучериненко и др.  

Если мне память не изменяет, 2001 году, осенью, я и моя суженная жили и спасались от преследований у Михаила Печуро. Субботний или воскресный день утром, наши женщины –  моя суженная и Михаила дама отправились по хозяйственным делам на рынок. И вдруг Михаил постучался в дверь моей комнаты и говорит мне, наш дом окружают, четыре машины с ментами, они наверно из какого то, спецподразделения, с автоматами десантников. Я ему говорю, наверно решили в «страшилку» поиграть, иди открой обе двери, а в руку возьми метлу, как будь то подметаешь. Он мне, брат, я в руку возьму, не метлу, а моё ружьё и буду отстреливаться, не дам чтобы тебя взяли. Я ему, этого нельзя делать, они выполняют «заказ», чей ты знаешь. У них против меня ничего нет, это травля в форме «страшилки»! Так что, брат, пожалуйста, делай как я тебе говорю. Михаил, не хотя пошел к двери, открыл их. Скоро, целый отряд ментов с автоматами поднялись на наш этаж. Видимо, увидев, что двери, куда они должны были вырваться и взять кого следует, настежь открыты, более того хозяин квартиры, глазом не моргнув, подметает входную часть, они заявили, что якобы в соседней квартире сработала сигнализация. Для этого были задействованы, аж, четыре машины полных ментами? Явное, не соответствие. Михаил во время этой провалившейся гэбешно-ментовской провокации, проявил высокую степень мужской солидарности. Не каждый способен на такое и такое не забывается.

То, что менты врали, подтвердилось через день, когда Михаил, его дама и моя суженная были на работе, а я благодаря не знающий границ государственному террору И. Каримова не мог идти в офис Общество содействия соблюдению прав человека в Центральной Азии, работал дома и ждал дня отъезда в США. Вдруг сильный стук в дверь, я подумал, что менты вновь за мной пришли и иду открываю двери. И вижу, что стоять два мужика и одна дама. Я им, чем могу служить? Они, мы из домкома, вы живете здесь? Я им, на основе какого закона вы задаете этот вопрос? В России прописка отменена. Они, мол это, распоряжение мэра Москвы Ю. Лужкова. Я им, Лужков, ваш коррупционер, отдал Москву бандитам на растерзание, и он не имеет право издавать подобное антиконституционное распоряжение, покажите мне этот документ. Они, это устное распоряжение мэра. Я им, тогда грош цена этому распоряжению! Психологически поняв, что они не решаются потребовать у меня, показать мой паспорт и выполняют, чье то, поручение, говорю в шутку, что касается меня, я брат Михаила, Олег Соломонович, есть еще вопросы? Молчок. Тогда продолжая шутку добавляю, разве не видно, что я на него похож. Они в один голос, заявили, похож! И ушли. Не могу точно сказать, они поняли или нет мою шутку, но поняли, что со мной их «серьёзной проверки» прописки не получился.

Когда Миша и дамы вернулись с работы я рассказал им о визите, и это послужил поводом смеха. Миша изрёк, спасибо им или тем, кто стоит за ними, что «догадались», хотя с твоей «подсказкой», что мы с тобой не просто друзья, а братья, а имя не имеет значения, главное человек. До сих пор этот случай служит поводом для шуток и подтруниваний.

Михаил как поэт имеет своего читателя, своих поклонников. Его поэмы и стихи печатались в поэтических сборниках, журналах. Любопытный факт то, что они распространялись, еще в далёкие советские времена в самиздате. Он как мастер слова, использует разные формы   поэтического изложения, художественного поиска, – от романтического, лирического или   сентиментального, бережного созерцания мира и человека, его деяний, чувств, порой переходит к тонкой сострадательной иронии или к безжалостному сарказму. Тонкость, глубина и широта охвата темы, раскрытия сути явлений, чувств, переживаний поэтического героя, важнейшие особенности его поэтики. О достаточной популярности Михаила говорит и то, что его книга «Опоздавшие стихи» была издано по инициативе и со стороны любителей его творчества. В все более усложняющемся мире, быстротечности времени, смене эпох, место мыслящего и сострадающего человека волнует поэта:

Что делает мудрец в своем углу?

Он с кафедры высокой не вещает,

Он мира поношенье и хвалу

Равно приемлет и равно прощает.

Он не доступен голосу Харит.

Он новый мир из хаоса творит. [20]    

Михаил Печуро и его супруга Валентина (Москва).

Михаил Печуро и его супруга Валентина (Москва).

Смотря на запечатленную в фотографии одухотворённую, интеллигентную, добрую и счастливую пару не вольно вспоминаешь строки:

В этом мире, отмеченном тайной,

Где со светом мешается мрак,

Ничего не бывает случайно,

Ничего не дается за так.

Если влюбишься вдруг без оглядки –

Не в твоей это власти уже,

Всё равно, на котором десятке,

Всё равно, на каком рубеже… [21]

Человек сам решает быть личностью или частью конформистской толпы. Он реализует себя, через свои поступки, преодолевая трудности, проявляя твердость и волю в достижение задуманного. Кем быть, что делать, куда идти у него в руках. Благородно поступать, говорить, писать и отстаивать правду не легко. Это требует бесстрашия, самоотверженности, мужества и отваги. Каждый из нас для себя решаем сохранить или терять свою сущность и свое достоинство. «Никто никому не судья», – отмечал поэт. Но быть самокритичным, критику, иронию и сарказм направлять, прежде всего на себя, потом на других, существенные элементы интеллектуальной чистоплотности и стойкости. Парадокс в том, что только помогая преследуемому, притесняемому, больному, отстаивая свои и других права, личность может сохранить свою суть и свое достоинство. Во всем этом можно обнаружить некоторое созвучие с постулатами древнегреческих стоиков, культивирующих «мужество перед лицом страданий и смерти, равнодушие к материальным благам жизни», «стойкость и независимость». [22] Видимо, эти или близкие к ним мысли, выступали неким невидимым, внутренним лейтмотивом творческих и филантропических устремлениях Михаила. Нам нравится или нет, жизнь настолько быстро проходит, как будто летит, годы убегают друг за другом, не успеваем оглянутся как мир, и мы меняемся. В мире и в нас, все хрупко, все преходяще, все быстротечно, все имеет начало и конец:   

Вот кончается жизнь.

Остаётся последний стакан,

Как последнего золота,

старый надёжный чекан.  

Остаются лишь крохи,

любви и нехитрой еды.

Послевкусье эпохи.

Ночные шаги и следы.

У вороньей слободки,

гусарский подскок воронья…

Ну, плесни себе водки.

Никто никому не судья. [23]

Михаил Печуро много лет дарует людям поэзию и поступки добра и света, взамен не требуя ничего для себя. Его поэзия и добрые деяния озаряют тернистые пути совершенствования человека, реального гуманизма. Его никогда не интересовали официальное признание, мелькание в прессе, ТВ, соцсетях, богемные тусовки, мишура, шум вокруг имени, пиар и показуха. Он понимает, что все это проходит, не оставляя заметного следа в памяти и сердцах людей. Он избегает высокопарных речей, возвышенных слов и выражений, но поступает высоко, отважно. Кто – то из числа шкурников, которые за просто так и пальцем не пошевелят, может сказать, ну и что, чего он добился этот Михаил Соломонович Печуро, своей поэзией и своей помощью, поддержкой людей, оказавшихся в тяжелом положении, преследуемых или больных?

Не понять шкурникам, что наш мир держится не только на достижениях цивилизованных стран, демократии, информатики, глобализации, экономики, финансов, техники, но и на простых, благородных поступках таких самоотверженных личностей как Михаил, Сусанна, Виктор и др. Список этот можно продолжить. [24] Самоотверженных личностей – хранителей и умножителей вдохновляющей доброты, не так уж и мало. Они есть не только в России, а всюду в США, Канаде, Англии, Франции, Германии, Индии, Италии, Израиле, Китае, Бразилии, Аргентине, Уругвае, Турции, Узбекистане, Болгарии и других странах. [25] По внимательней оглянитесь вокруг, по интересуйтесь у друзей, приятелей, поищите в интернете, обязательно встретите самоотверженные личности. Загляните в зеркало и свое сердце, может быть и в вас внутри, прячется нечто похожее и завет вас к благородным поступкам? В мире Михаил и похожие на него, творящие добро и прекрасное просто и естественно личности перевелись бы, мир стал бы более уязвим, менее очеловечен. Изложенные некоторые штрихи жизни, творчества и деятельности Михаила показывают, что он сам и его близкие могут городится им. Молодёжи есть чему поучится у него. Андре Моруа писал: «Старость начинается в тот день, когда умирает отвага». [26] Отвага органичный компонент естества поэта, гуманиста Михаила Печуро, так что говорить о старости не приходиться. Самого доброго, прекрасного и светлого ему, его супруге, его сыну и внуку!  

Абдуфаттах Маннапов (Сент Луис, Миссури, США)

Источники и примечания:

1.См.: Альберт Швейцер. Культура и этика. М.: Прогресс, 1973; Бертран Рассел. Мудрость Запада. М.: Издательство «Республика», 1970; Эрих Фромм. Иметь или быть? М.: Айрис Пресс, 2004; Его же. Ради любви к жизни. М.: Айрис Пресс, 2004; Збигнев Бжезинский. Выбор: мировое господство или глобальное лидерство. М.: Издательство «Международные отношения», 2005 г.; Его же. Великая шахматная доска. М.: Издательство «Международные отношения», 1999 г.; Патрик Дж. Бьюкенен. Смерть Запада. М.: Издательство «АCT», 2003 г.; Андрей Сахаров. Тревога и надежда. – 2-е изд., М.: Интер – Версо, 1991; Сергей Ковалев. Прагматика политического идеализма. М.: Институт прав человека, 1999; Его же. Мир, страна, личность. М.: Издательство «Изограф», 2000; Роберт Даль. Демократия и ее критики. М.: «Российская политическая энциклопедия», 2003.  

2. Михаил Печуро. «От автора» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 5  

3. См.: Быть или не быть человеком. Опыт личного сопротивления. Сусанна Печуро: «Самое страшное — слишком сильно цепляться за жизнь». http://www.novayagazeta.ru/apps/gulag/40320.html   Абдуфаттах Маннапов. Остановилось сердце полное доброты. К кончине С. С. Печуро – диссидента, гуманиста. http://birdamlik.info/ru/2014/01/06/остановилось-сердце-полное-доброты/   

4. Михаил Печуро. «Арбат» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 59; Так же см.: Улица Арбат. https://ru.wikipedia.org/wiki/Арбат/   

5. Михаил Печуро. «Букинист» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр.32; Мне кажется, не менее интересно о роли книг: «Глядис: вот книги, Джонатан./ Я их заложник./Люблю и пьесу, и роман./За ложь их./Они, как милосердный суд:/Кому достались,/Того поднимут и спасут – /Затем писались./ Михаил Печуро. «Мы (Поэма в 14 монологах)» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр.162

6. Альберт Швейцер. Культура и этика. М., Издательство «Прогресс», 1973, с.52-53  

7. Михаил Печуро. «Великий мой город» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 6  

8. Борис Носик. Альберт Швейцер. http://www.litmir.co/br/?b=20943&p=79 

9. Андрей Кончаловский. Против кого дружим? – В сборнике: Андрей Кончаловский и Владимир Пастухов. На трибуне реакционера. М.: Издательство «Эксмо», 2007, стр. 92

10. Михаил Печуро. «Покуда владею…» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 97  

11. Антуан де Сент-Экзюпери. «Военный летчик» – В книге: Повести. М.: Мир книги, 2007, стр.318

12. Михаил Печуро. «Капричос» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 69

13. Михаил Печуро. ««Почему я с миром связан» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 122

14. Михаил Печуро. «Мы (Поэма в 14 монологах)» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 148

15. Михаил Печуро. «В чём чужесть вселенной…» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр.104

16. Михаил Печуро. «Что из того…» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 79 

17. Гилберт К. Честертон. Чарльз Диккенс.

http://on-island.net/Literature/Chesterton/Chesterton_Dikkens.htm 

18. Михаил Печуро. «Земную жизнь пройдя…» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 96

19. Людмила Алексеева. Узбекские политэмигранты преследуются в России. – В журнале: Защита прав и свобод человека. Иркутск-Москва, № 7, февраль 2000 г., стр. 11; Так же см.: Демократов и правозащитников «выдавливают» из России. – Информационная бюллетень, Общество содействия соблюдению прав человека в Центральной Азии, Union of councils Central Asian human rights information and monitoring networks, № 5-6 (57-58), М., 1997 г., стр. 2-7, 45-60

20. Михаил Печуро. «Максимы» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 30  

21. Михаил Печуро. «Стихи о Надежде». – В книге: Опоздавшие стихи. Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр. 118-119

22. Бертран Рассел: «Стоицизм берет свое начало от Сократа. Его мужество перед лицом страданий и смерти, его равнодушие к материальным благам жизни восхищали стоиков. Их собственная стойкость и независимость придавали слову «стоик» его современное значение». – В книге: Бертран Рассел. Мудрость Запада. М.: Издательство «Республика», 1970, стр. 173

23. Михаил Печуро. «Вот кончается жизнь» – В книге: Опоздавшие стихи. – Орёл: издатель А. Воробьев. – 2007, стр.146  

24. Людмила Алексеева. Инакомыслие в СССР: новейший период. 3-е изд., М.: Московская Хельсинская группа, 2012; Петр Григоренко. В подполье можно встретить только крыс…

http://militera.lib.ru/memo/russian/grigorenko/23.html Абдуфаттах Маннапов. Жизнь полная добра и света. К 85-летию Людмиле Алексеевой – известному правозащитнику, общественному деятелю, публицисту. http://mhg.ru/files/012/hr082012.doc Его же. Выть хочется, слёзы текут… (Памяти Е. Г. Боннэр) https://turonzamin.org/2011/06/20/bonner/ Его же. Остановилось благородное сердце. В. А. Кучериненко – правозащитник, ученый, гуманист. https://turonzamin.org/2014/09/08/abdufattah/#more-23499 Его же. Солидарность людей, преодоление ими трудностей и права человека. https://turonzamin.org/2016/01/18/абдуфаттах-маннапов/#more-2425   

25. Доктор ездит по миру, чтобы возвращать зрение беднякам: Мог бы делать дорогие операции на глазах в Америке и зарабатывать много денег…  Доктор Джеффри Табин, директор подразделения международной офтальмологии в штате Юта, США.

http://www.happyinspiration.com/?p=4410#more-4410 

Доктор с большой буквы – великий врач: Доктор Линнеа Смит (США). В Перу условия проживания коренных жителей недалеко ушли от первобытных… Она забыв о комфорте, благах цивилизации, о личной жизни и покое работает практически 24 часа в сутки 7 дней в неделю.   http://www.dobrota.co/?p=315 

Индийский ученый 30 лет отдает всю свою зарплату бедным: Индийский магистр литературы и истории Палам Кальянасундарам, которому сейчас 73 года, в течение 30 лет жертвует все свои доходы на нужды бедных… http://www.dobrota.co/?p=5515 

Южно-Корейский капитан судна пострадал за свою доброту, но не пожалел о ней ни минуты: 96 граждан Вьетнама бежали от коммунистических властей на лодке, которая попала в бедственное положение… Их спас капитан Чон.

http://www.dobrota.co/?p=6354 

Добрый человек: В Турции пекарь поставил табличку над витриной с хлебом: «Если Вы нуждаетесь берите даром».

http://www.happyinspiration.com/?p=4150 

Врач одевался в лохмотья, чтобы по ночам лечить бездомных: Каждую ночь д-р Джим Визерс и его команда отправляются к местам ночлега бездомных в Питтсбурге (США)…  А началось это почти 20 лет назад…   http://www.happyinspiration.com/?p=4323

26. Андре Моруа. Три Дюма. https://www.litmir.co/br/?b=232405&p=110

 

 

Advertisements

About TURONZAMIN

supporter of democracy
This entry was posted in 1.BOSH SAHIFA, 3.RUSSKIY. Bookmark the permalink.